Точнее всего ощущения Вериса описывало словосочетание: «прорва народа». Только что не было никого, как в пустом множестве, и вдруг прорвало — люди, люди, люди Появляются и исчезают, мелькают, спешат Рядом, но не близкие, телом здесь, а мыслями далеко.

«Куча народа», — как сказала Линда, когда Верис поделился с ней своими впечатлениями.

Пришлось объяснять, что понятие «куча» подразумевает не только большое количество элементов, но и их взаимное расположение в виде конической фигуры. Вряд ли «куча» и «конус» родственные слова, но некая связь просматривается. Что касается идиоматического сочетания «куча народа», то оно произошло от древней, ныне забытой игры «Куча-мала», когда люди валили друг друга друг на друга, так что упавшие уже не могли встать самостоятельно.

Глаза у Линды азартно заблестели, и пока Верис размышлял о глубинном значении однокоренной пары «встать самостоятельно» (язык любит рефрены, но не терпит тавтологий), Линда начала действовать. Уже потом Верис узнал, как это делается. Она оповестила о новой идее своих приятелей, те — своих друзей и знакомых, и прямо в помещении Транспортного центра, где и без того было достаточно людно, начали возникать всё новые человеческие фигуры. Несколько секунд они стояли неподвижно, вникая в правила незнакомой игры, потом кто-то толчком свалил с ног соседа, упавший дёрнул за ноги зачинщика, следом устремились остальные, и вскоре на полу копошилось чудовищное месиво ног, рук и голов упавших людей.

— Куча — мала! — завопила Линда и ринулась в гущу творящегося непотребства.

Верис попятился. Он понимал, что никто, даже оказавшись в самом низу шевелящейся кучи, не рискует переломать кости, но с непривычки его замутило. Прежде он не видал в реальности никого, кроме мамы, а тут людей было больше, чем можно представить, и все они слились в одну небывалую кучу. Почему-то вспомнилась древняя картина «Апофеоз войны» — гора человеческий черепов, сложенная неведомо зачем, и по аналогии родилось определение: «Апофеоз игры».